Первая пятилетка борьбы с мировым экономическим кризисом завершена. Результат – «борьба» будет продолжена. Это означает, что впереди, вероятно, еще одна пятилетка страхов и неопределенности. И именно поэтому есть смысл вспомнить весьма модное осенью 2008 года выражение – «Кризис в головах».
Должен сразу признаться: выражение «Кризис в головах» мне лично очень не нравится. Во-первых, потому что оно позволяет объяснять, не объясняя. Во-вторых, потому что провоцирует оптимистов против пессимистов и наоборот. И когда осенью 2008 года это выражение впервые вошло в обиход с легкой руки главного аналитика БН Сергея Бобашева, я попросил автора уточнить, какие именно головы он имел в виду. И это была вовсе не шутка.
В версии Сергея Бобашева «кризис в головах» есть всего лишь паника, которая обычно сопровождает поворот в экономическом поведении от оптимизма к пессимизму. И этот поворот, собственно, служит эмпирическим доказательством наступления кризиса. Но паника продолжается недолго, затем наступает либо быстрое «восстановление», либо «депрессия». Третьего не дано, если верить экономистам – «знатокам кризисов».
Принято считать, что борьба с кризисом есть функция государства. И главная задача в этой борьбе – не допустить депрессии. «Тотальной депрессии» сегодня не наблюдается, однако, если выход из кризиса означает устойчивый экономический рост, еще рано говорить от том, что мировая экономика вышла из кризиса. Возможно, этот выход вот-вот состоится, но есть проблема: никто не знает, когда и каким образом.
Именно по этой причине выражение «Кризис в головах» сегодня куда более точное и актуальное, чем пять лет назад. Сегодня уже можно указать, какие конкретно головы этой «заразой» поражены. Во-первых, это головы политиков, отвечающих за «борьбу с кризисом». И во-вторых, головы экономистов, разрабатывающих для политиков рецепты этой «борьбы». Первые «еще не могут», поскольку вторые «еще не знают».
Идеи имеют значение
Кризис – ответственное время для политиков и весьма благодатное – для экономистов. Их в «нормальные времена», как правило, не видно и не слышно. Но как только начинается кризис, индекс цитируемости экономистов резко взлетает вверх. Не только политики и журналисты, но и обыкновенные люди начинают говорить на языке тех или иных экономических доктрин. В этом смысле любой кризис есть шоу экономистов.
Но было бы ошибкой считать, что в «нормальные времена» идеи экономистов не имеют значения. Память о прошлых кризисах не исчезает, кроме того, людей всегда интересует неизвестное будущее. Людям свойственно делать различные экономические прогнозы и оценки, а специалисты лишь формулируют на языке теории то, что в действительности есть обычная человеческая деятельность. Экономисты – такие же обыкновенные люди.
С этой точки зрения объяснить, что есть кризис, очень просто: людям свойственно ошибаться. Суть любого кризиса в том и состоит, что он задним числом обнаруживает ранее сделанные «ошибочные инвестиции». Но здесь собственно и возникает главный вопрос: почему люди ошибаются? Можно ответить: людям ...
Комментарии
(0)#