Главными направлениями посткризисного развития рынка недвижимости должны стать трансформация городов и экодевелопмент.
Питерский форум «Проэстейт-2009» — калька с российского рынка недвижимости. По сравнению с прошлым годом он вдвое уменьшился в размерах, на нем не было громких девелоперов и не объявлялось о крупных сделках. Зато появилась возможность начать разговор о будущем рынка недвижимости.
Российская строительная сфера пострадала от мирового кризиса сильнее других секторов экономики. Стройка, по сути дела, парализована. Резко упал спрос на все виды недвижимости, практически не существует ипотеки и кредитования застройщиков. Лопаются ценовые пузыри: квартиры и коммерческая недвижимость подешевели почти вдвое в долларовом эквиваленте. Новых проектов, можно сказать, нет. «В ближайшие пару лет проекты по торговой и офисной недвижимости вряд ли есть смысл начинать», — резюмировал общее настроение на конференции Эдуард Тиктинский, глава компании RBI.
Впрочем, самое интересное на форуме было связано не с анализом текущего состояния, а с попытками увидеть будущее. Ведь все больше людей начинает понимать: после кризиса все будет совсем не так, как до. Именно поэтому интересен поиск новых точек роста и анализ тех явлений, где посткризисное будущее прорастает в настоящее. Таких тем на форуме было две: будущее городов и экодевелопмент.
Вспомнили о градостроительстве
На форуме впервые за многие годы провели мероприятие по градостроительству — «Будущее города». Событие это знаковое. Градостроительство у нас в загоне: книг и учебников не выпускается, в вузах ему почти не учат, знающих специалистов в масштабах страны очень мало. Да и вообще, градостроители в эпоху точечной застройки были не нужны: застраивать скверы и пустыри в центрах городов можно и без них.
В результате было утрачено понимание простых вещей. К примеру, то, что градостроительство — это сфера государства, которое планирует развитие поселений в интересах общества. На «Проэстейте» один мэр с гордостью сказал: «Мы привлекаем частных инвесторов, и они в обмен на льготы помогают делать планы территориального развития». Нетрудно представить, в чем смысл таких планов: конечно, в извлечении из территории прибыли конкретными девелоперами.
То, что о градостроительстве вспомнили, не случайно. Сегодня большинство городов переживает кризис, не отвечает современным вызовам. Одни города — заложники промпредприятий; другие убывают, теряя население; Москва не справилась в прошлые годы с давлением инвестиционного капитала и резко потеряла в качестве жизни. Когда как не в кризис, при ослабевшем давлении денег, подумать о развитии?
«Сотни миллионов квадратных метров, построенных в течение двух пятилеток в 1950−е, в ближайшем будущем окажутся в состоянии непрерывной аварийности. Эти дома не прошли ремонта. Куда мы будем отселять людей, когда здания начнут рушиться?» — обрисовывал один из вызовов генеральный директор Национального градостроительного института Александр Кривов. Именно бедственное состояние жилищного фонда и инфраструктуры не позволяет региональным чиновникам задуматься о развитии. Какое развитие, если все силы уходят на латание дыр?
Второй вызов — отсутствие площадок под застройку — стал заметен еще до начала кризиса. Старые города оказались зажатыми в своих административных границах, и земельного ресурса, который можно было бы достаточно просто освоить, почти не осталось. Что делать? Ответ очевиден: надо обживать новые территории, но сегодня эффективных механизмов их освоения и подведения коммуникаций нет.
Сегодня не создается заделов по строительным площадкам, не развивается инфраструктура. Даже если кризис закончится в 2010 году, в стране невозможно будет быстро развернуть жилищное строительство; при низких объемах стройки опять возникнет риск надувания ценовых пузырей.
Есть и другая проблема: в погоне за стройплощадками в последние годы девальвировалось представление о комфортной жилой среде, многие новостройки не дают новые качества городу, а паразитируют на нем, усугубляя часто и без того непростую ситуацию. Генпланы, которые сейчас активно делаются по всей стране, не решают этой проблемы, потому что они исходят из устаревших представлений о городе. Приведем лишь один пример: в России до сих пор действуют очень жесткие правила функционального зонирования, когда за разными районами или кварталами закреплены определенные функции. В Европе от этой идеи 1930−х годов, связанной с существованием грязной промышленности, давно отказались.
Города, дарящие 15 лет жизни
Проблем, доставшихся от прошлого, много, но города должны отвечать и на вызовы будущего. «Мы стоим на пороге смены жизненной парадигмы. Она вызвана комбинацией трех факторов: выходом на пенсию послевоенного поколения беби-бумеров, появлением нового поколения “умных” вещей и невозможностью дальнейшего развития мира по энергозатратной модели, — говорит директор центра стратегических разработок ”Северо-Запад” Владимир Княгинин. — Старые индустриальные города не вмещают новое поколение людей, вещей и ресурсов. Для тех городов, которые не смогут трансформироваться, резко вырастают риски потери наиболее ценного населения. Зачем жить в городах, которые крадут здоровье, где неинтересно жить и работать?»
Российские города в большинстве своем, увы, не отвечают ни интересам новых пенсионеров — беби-бумеров (в них плохая экология), ни требованиям поколения «эпохи миллениума» (1982–2001 годы рождения): в наших городах неинтересно жить, там мало возможностей для развития талантов. И деньги сегодня решают далеко не все: опросы показали, что чуть ли не 100% старшеклассников Сургута хотели бы уехать из своего ...
Комментарии
(3)#