Целлюлозно-бумажный комбинат в 14-тысячном Байкальске (Иркутская область) экологи мечтают закрыть с момента его основания в 1966 году. Сегодня это единственное промышленное предприятие на берегу крупнейшего резервуара пресной воды в мире. Но БЦБК, как юркий кусок сала, выскальзывает из рук экологов, чиновников, общественности. В 2008 году комбинат остановил сам собственник: кризис, долги, резкое удешевление целлюлозы. Учитывая степень износа оборудования, разбежавшийся кто куда коллектив и очевидный факт, что нельзя отправлять в Байкал 120 тысяч кубометров промышленных стоков в день, можно было предположить, что трубы БЦБК никогда уже не выпустят дым. Не тут-то было.
Известия об открытии комбината, пришедшие осенью 2009 года, вызвали неоднозначную реакцию в регионе. Получалось, что открыть его собираются... на десять месяцев. Спрашивается, зачем, кому это надо? Людям? Так из полутора тысяч сокращенных работников комбината на бирже труда осталось менее семисот. Причем вся рабочая аристократия и техническая интеллигенция, без которых комбинат запустить невозможно, давно при деле.
– Я еще в 2005 году почувствовал, что комбинат долго не протянет, и перебрался в Иркутск, – говорит бывший электрик БЦБК Сергей Груздев. – Хорошо оплачиваемую работу нашел за два дня, успел обменять квартиру. А после остановки комбината в Байкальске цены на недвижимость посыпались. Трехкомнатную квартиру за 700 тысяч рублей купить можно! И никому она не нужна.
Андрей Веригин, в прошлом менеджер среднего звена БЦБК, о возвращении на комбинат и не помышляет. Его кормит садовая земляника – это бизнес каждого второго байкальчанина. Летом бесконечные грядки с ягодой, издали напоминающие картофельные поля, покрывают сотни гектаров городской территории.
– У людей большая часть урожая пропадает, потому что даже в Иркутске нет производственных мощностей по переработке и заморозке ягоды, – рассказывает Веригин. – А во все крупные российские города зимой завозят швейцарскую клубнику очень «искусственного» вкуса. Я попробовал свой урожай летом отвезти в Улан-Удэ на моей «Газели». Продал все оптом китайцам и думаю, что денег мне на весь год хватит.
Опыт Байкальска уникален для российских моногородов. Во-первых, всюду звучала мысль, что небольшие города, где закрылось градообразующее предприятие, могут рассчитывать только на федеральную поддержку. Байкальчане справились своими силами. Во-вторых, здесь не могло случиться «второго Пикалево». После остановки комбината собственник (компания «Континенталь Менеджмент», входящая в империю Олега Дерипаски) не выплатил людям ни зарплату за несколько месяцев, ни выходное пособие. Начавшиеся вслед за этим волнения и даже объявленная некоторыми голодовка преподносились как требования граждан возобновить работу комбината – естественно, на федеральные деньги.
В итоге Байкальск остался наедине с массовой безработицей, Байкалом, горами и тайгой, то есть с полным комплексом условий для развития туризма и при полном отсутствии соответствующей инфраструктуры. Сегодня в городе толком не работает ни одно кафе, а единственный ресторан «У озера» открывается лишь под заказы от туристических групп. Зато зима здесь градусов на пять теплее, чем в Иркутске, большое количество осадков питает пышную растительность. Есть чистейшая байкальская вода, которая может четыре года храниться без обработки и консервантов. Есть горнолыжная база «Гора Соболиная», из которой планировали сделать центр подготовки олимпийцев. Не срослось, зато более тысячи человек каждую зиму приезжают сюда кататься на лыжах. Отелей для них нет, зато все столбы и автобусные остановки обклеены предложениями из частного сектора. На большинстве объявлений не оторвано ни одного телефона. В последнее время центром паломничества стал поселок Утулик на берегу Байкала, где живут художники, писатели, барды – что-то вроде подмосковного Переделкино. Здесь возрождают старинные промыслы, например, плетение ветвей ивы.
Группа бизнесменов со всей Восточной Сибири образовала в Иркутске инвестиционный клуб с целью развития инфраструктуры Байкальска. А экологи, прежде ратовавшие за закрытие комбината, не бросили в беде его бывших сотрудников.
– После закрытия БЦБК мы открыли программу «Создадим будущее Байкальска», в которой участвовали примерно пятьдесят байкальчан, – говорит сопредседатель организации «Байкальская экологическая волна» Марина Рихванова. – Девять проектов социального предпринимательства получили от нас поддержку. Некоторые смогли защитить свои бизнес-планы в Центре занятости и получить субсидии. Например, одна девушка организовала конюшню для прогулочных лошадей. Несколько лет на берегу озера энтузиасты строят баню полностью изо льда, даже появилась идея зарегистрировать ее в Книге рекордов Гиннесса. Когда звучит «бывшие сотрудники БЦБК», многие ...
Комментарии
(0)#