Что ждет строительный бизнес в Санкт-Петербурге, какова справедливая цена одного квадратного метра жилья в нашем городе и как должна строиться общественная дискуссия между властью, обществом и бизнесом? В студии «Фонтанки.live» вице-президент Гильдии управляющих и девелоперов, генеральный директор ОАО «Конструкторское бюро высотных и подземных сооружений», бывший председатель комитета по строительству Санкт-Петербурга Вячеслав Семененко отвечает на вопросы главного редактора «Фонтанки» Александра Горшкова.
– Вы вернулись из Смольного в бизнес. Более того, запускаете агентство недвижимости «Дом плюс офис» в качестве совладельца и гендиректора. Если в нынешнее неспокойное время профессионал берется за открытие агентства, видимо, он знает о перспективах рынка недвижимости больше, чем говорят аналитики. Как в наше время собирается работать агентство недвижимости?
– Агентство недвижимости должно быть индикатором положения дел на рынке. У меня колоссальный опыт, по сути, я стоял у истоков рынка недвижимости. Я считаю, что агентство недвижимости необходимо, если ты собираешься реализовать какие-либо проекты на этом рынке. Именно агентство, которое тестирует рынок, показывает реальное положение дел в разных его сегментах. Никакой отдел маркетинга или отдел продаж не может выступать таким эффективным индикатором. Я собираюсь строить в первую очередь проекты, связанные с коммерческой недвижимостью.
- Еще одна ваша ипостась – «Конструкторское бюро высотных и подземных сооружений». Это самое крупное конструкторское бюро в городе.
– По объемам деятельности мы — один из крупнейших проектных институтов в России. Мы являемся институтом нового типа, не преемником какого-то старого советского института, а созданным с нуля по образцу западных проектных организаций.
- В чем отличие наших проектных организаций от западных?
– Мы сегодня продвигаем технологии проектирования, которыми пользуются во всем мире, но которые пока не особо доступны в России. В первую очередь цифровое проектирование. Это возможность получить цифровую модель здания и более эффективно рассчитать объемы и стоимость проекта.
- В прошлой жизни я был инженером. В конце 80-х годов в организации, в которой я работал, появились первые компьютеры, и инженеров начали обучать на них работать. С тех пор прошло 25 лет. Неужели мы до сих пор не сравнялись с Западом по этой части?
– К сожалению, нет. 3D-проектирование у нас в основном воспринимается как 3D-визуализация: крутится какая-то картинка на экране, и это считается проектированием. Западные инженеры после внедрения BIM — building informational modeling, это так называемое цифровое моделирование, – считают, что себестоимость строительства снизилась на 15 – 25%.
- Именно строительства, а не проектирования?
– Именно строительства. Хороший, профессиональный заказчик понимает, что 60% успеха на стройке — это качественный проект. У нас, к сожалению, очень часто пренебрегают достроительным этапом: выходят на стройку, не имея качественной документации, не имея разработанной концепции, не разобравшись, нужно что-то делать или не нужно. И если в жилищном строительстве у нас заказчики более-менее профессиональные, то в объектах промышленных, гражданских заказчик что-то строит только один раз. Раньше на всех крупных предприятиях были цеха капитального строительства, потому что предприятия все время что-то строили. Сейчас это разовые действия, и подготовка к ним идет безалаберная.
- Проблемы строительства стадиона на Крестовском острове связаны с качеством проектирования?
– Да, там очень много проблем, связанных с качеством проектирования. Там поменялось четыре генпроектировщика.
- Возвращаясь к агентству недвижимости. Вам без агентства не понятно, что происходит на рынке недвижимости?
– Понятно-непонятно – это домыслы. Только практика дает актуальные знания. А практика — это сделки. Это работа с застройщиками, с собственниками объектов недвижимости. Мы планируем работать в сегменте и жилой, и коммерческой недвижимости, объединить самые передовые технологии работы. Мы собираем очень интересный коллектив. И этот коллектив получит тот уникальный опыт и знания, которые есть у меня. Я ситуацию знаю не только как участник рынка недвижимости, но и со стороны государства, я понимаю механизмы развития города, трудности, с этим связанные. И это уникальное знание буду доносить своим сотрудникам. У нас сегодня нет задачи продать конкретный дом, мы – не отдел продаж компании-застройщика, которая продает себя и высказывает только аргументы в свою пользу. Я учу своих сотрудников давать нашим клиентам объективную информацию.
- Вы легко расстались с госслужбой?
– На госслужбу сложно приходят и сложно уходят. Никакого секрета здесь нет. Интенсивность работы там в несколько раз превышала интенсивность моей работы в бизнесе. И когда ты из этого состояния выпадаешь, некоторое время ты немного дезориентирован.
- Я не могу поверить, что все чиновники работают с такой интенсивностью.
– Я не могу говорить про всех чиновников. Я знаю, как работал комитет по строительству. Иногда работали и по 18 часов 7 дней в неделю.
- И вы хотите сказать, что в бизнесе, из которого вы пришли, а это была одна из крупнейших строительных компаний, у вас был более свободный график?
– Да. Я думаю, бизнес менее интенсивен. Вы же знаете, что нас в Питере москвичи часто обвиняют в том, что мы недостаточно интенсивно работаем.
- Тем и живем, потому все и не уехали в Москву, что здесь комфортнее.
– Все-таки объем трудозатрат и их эффективность — разные вещи. Через какое-то количество рабочего времени ты перестаешь быть эффективен. А если ты не в состоянии принять качественное решение, то лучше его не принимать.
- Вы хотите сказать, что сейчас у вас более спокойная жизнь, чем когда вы были чиновником, несмотря на кризис?
– Да, более спокойная. Даже несмотря на то, что мы запускаем новые проекты, все равно интенсивность моей работы ниже, чем когда я был госслужащим.
- Каков на сегодняшний день, если не секрет, портфель заказов «ВиПС»?
– В нашем портфеле больше 100 проектов. Есть очень интересный минский проект: административный комплекс для белорусского «Газпрома», который состоит из 180-метрового высотного здания и девяти корпусов вокруг. Это проект международного уровня, который украсил бы любой город мира. Наша компания выступает генпроектировщиком. По сути, в одном проекте присутствуют все самые современные типы зданий: административное, международная клиника, международный отель, развлекательная и деловая часть, детский центр, спортивный комплекс. Проект завершен, и заказчик готовится к проведению конкурса на строительство. Помимо Минска есть проектирование промышленных зданий, жилья. Идет работа на стадионе на Крестовском острове. Мы – четвертый проектировщик, который зашел на этот объект. Работать очень сложно, особенно после кого-то, потому что надо анализировать и санировать все предыдущие решения. Мы работали на БДТ, на второй сцене Мариинского театра по концепции канадской архитектурной компании.
- Тоже многострадальный проект.
– Многострадальный. И зашли мы туда тоже не первыми, уже когда там была создана проблема – аварийная ситуация, связанная с окружающей застройкой.
- Вы не сожалеете, что не был реализован проект Доменика Перро?
– Нет. Я считаю, этот проект там не был уместен, город его не принял бы. Мы все-таки являемся наследниками богатой архитектурной традиции, и современную архитектуру город в центре не воспринимает. Мы пытались внедрить в историческую застройку современную архитектуру, и тут же это приводило к общественным конфликтам.
- А что за последние 25 – 30 лет из построенного в Петербурге, по вашему мнению, не стыдно показать гостям нашего города?
– Сложную тему вы подняли. Все наши архитектурные дискуссии показывают, что современной высококлассной архитектуры у нас недостаточно. Добротная есть. Мне нравятся работы многих архитекторов. Если я начну перечислять, то рискую кого-то обидеть. Но мне нравятся Явейн, Герасимов, Земцов и так далее. Но считается ...
Комментарии
(0)#