Охранная грамота

Валерий Шевчук председатель Комитета по культурному наследию г. Москвы: “Наша цель — не покарать, а показать, что памятник — это особая категория, к которой надо относиться соответственно.“

Охрана наследия — это поиск тонкого баланса между памятью о прошлом и требованиями сегодняшнего дня, считает председатель Комитета по культурному наследию г. Москвы. По его словам, в своей работе Москомнаследие будет опираться “на культурную элиту, на профессионалов, способных взять на себя ответственность за окружающее пространство”.

Общение с сотрудниками Москомнаследия производит сильное впечатление. Даже рядовые специалисты, имеющие юридическое или экономическое образование, свободно назовут с десяток имен малоизвестных архитекторов прошлых веков, работавших в столице, и проведут экскурсию, которая заинтересует и специалистов, не говоря уже о менее сведущей публике, по любому “подопечному” объекту.

Говорят, что подобным отношением к делу — вниманием к деталям, энергией и желанием реально изменить ситуацию к лучшему — заражает руководитель Комитета — Валерий Андреевич ШЕВЧУК. Подобное утверждение можно считать обычной “протокольной” лестью в адрес руководства только до момента личного знакомства с Шевчуком.

Оказавшись в кабинете председателя Комитета по культурному наследию города Москвы, застаю окончание довольно эмоционального разговора с одним из подчиненных.

— Надо не сидеть и ждать, а предлагать решение! Мы не прокуроры, чтобы только написать замечания и успокоиться. Надо смотреть шире, за рамки должностных регламентов. Это городская собственность, и мы должны помогать, предложить, как сделать правильно, а не просто указать на недостатки.

— Строги, но справедливы?

— Не терплю косности и бюрократизма, настраиваю сотрудников на результативную работу. Мы не должны быть церберами. Надо предлагать решения проблем, особенно если речь идет о социальных объектах города. Так же мы подходим и к обращениям юридических, физических лиц. Если будем только говорить, что все плохо и ничего нельзя сделать, никакой модернизации не будет.

Молодые и дерзкие против косности и бюрократизма

— Валерий Андреевич, под вашим руководством в Москомнаследии собрался молодой и в то же время очень профессиональный коллектив. Как удалось в наше время привлечь на государственную службу выпускников престижных вузов?

— Еще несколько лет назад ситуация была критической — около 80% сотрудников были пенсионного возраста. Сегодня в Комитете работает много профессиональной молодежи. Мы гордимся тем, что нам удалось привлечь молодые кадры и обеспечить преемственность поколений.

Но при этом в Комитете трудятся также люди с опытом работы по 20—30 лет именно в этой сфере — в сфере охраны исторического и культурного наследия. У нас есть уникальный Фонд историко-культурных исследований, который накапливался десятки лет и которого нет ни у одной общественной организации, ни у одного другого ведомства. Опыт старшего поколения и уникальные фонды, которыми мы обладаем, — это интересно молодым профессионалам, которые нигде больше не получат такой уникальной практики.

Привлекает и то, что у нас кипит жизнь. Много работы, что называется, “в поле” — проверки объектов, научно-методическое руководство реставрацией, отстаивание интересов города в судах.
В настоящий момент в Москомнаследии сформирована команда ярких, работоспособных, думающих людей со свежими мозгами, которые одновременно способны работать в системе. В рамках государственной структуры нами практически создан прецедент — внедряются управленческие принципы, свойственные для крупных современных корпораций. Эти принципы — нацеленность на результат, персональная ответственность, применение современных технологий, инновационность, поощрение инициативы.

— Какими успехами вы могли бы похвастаться?

— Успехи есть, но хвастаться не будем: пока рано успокаиваться и почивать на лаврах. Мне очень нравится одно высказывание мэра: если ты успокоился, значит — умер. Энергия мэра Москвы Ю.М.Лужкова, его энтузиазм нас всегда стимулируют. Успокаиваться рано, есть еще нерешенные проблемы и вопросы.

Ставить себе в заслугу, например, то, что мы выписали штрафов на 10 млн. рублей, — это, на мой взгляд, неправильно. Потому что лучше бы мы не выписали ни одного, а все требования по сохранности памятников выполнялись. Наша конечная цель — не наказать, а показать, что памятник — это особая категория, к которой надо относиться соответственно. И здесь нельзя не высказать большую благодарность мэру, который всегда поддерживает наши инициативы и ни одного решения, противоречащего сути сохранения памятников, не принимает. Уже одно то, что по решениям мэра отменены более нескольких десятков инвестконтрактов в связи с их противоречием законодательству о культурном наследии (а это сотни миллионов долларов), говорит о многом. А ведь приходится зачастую отстаивать свою позицию даже перед коллегами по правительству. Далеко не все понимают нашу специфику.

— И в чем же она заключается?

— Дело в том, что у нас на попечении есть, скажем так, “тяжелобольные”, которые не могут ждать принятия решений долгими месяцами. В некоторых случаях промедление — смерти подобно.
Приведу актуальный пример. Потаповский переулок, дом 6, стр. 1. Городская усадьба Кошелевых-Золотаревых. Постройка конца XVIII—XIX вв. В середине XIX века здесь размещался пансион пастора Л.Эннеса, в котором воспитывались многие ставшие впоследствии знаменитыми люди: врач С.П.Боткин, историк В.И.Герье, фольклорист А.Н.Афанасьев и другие.

Здание горело, находится в ужасном состоянии. Тем не менее буквально чудом сохранились уникальные интерьеры, есть что восстанавливать, имеет смысл беспокоиться и вкладываться в реставрацию, потому что будет отдача. Это не просто рядовой сарай постройки позапрошлого века, но со зданием связано огромное количество юридических коллизий. Договор соинвестирования оказался ничтожен. Как спасти памятник? Для того чтобы провести все необходимые конкурсы и экспертизы, пройдет год. Тем более что с экспертизой сейчас полная неразбериха. Такой временной промежуток здание не переживет! В результате мы приняли решение, что Москомнаследие само займется реставрацией, чтобы спасти здание.

— Это здание входит в список отселенных домов, судьба которых сейчас решается?

— Да, в этот список входит 291 здание. Мы поделили их на три группы.

Первая группа — это памятник. Таких объектов — 38, и по ним все работы должны вестись исключительно в режиме научной реставрации. Вторая группа — это так называемые заявленные к постановке на государственную охрану объекты. По этим объектам в настоящее время нашим Комитетом проводится государственная историко-культурная экспертиза, по результатам которой будут определены подходы к работе с данной категорией. Эту работу мы планируем завершить в начале октября. Предварительные результаты свидетельствуют о том, что большинство объектов этой группы представляют определенную историко-культурную ценность и должны быть сохранены. Третья группа — это объекты, расположенные в исторически сложившихся районах города, формирующие городскую историческую среду. Таких объектов — 16. По данной категории объектов было проведено детальное рассмотрение на городской комиссии по вопросам сохранения зданий, и из 16 объектов по 12 было принято решение о необходимости их сохранения как представляющих историко-архитектурную ценность.

Сегодня вопросы сохранения исторической застройки в отношении отселенных домов стоят очень остро. К сожалению, префектуры не всегда заинтересованы в сохранении этих зданий. Мы провели анализ и выяснили, что многие дома были признаны аварийными еще в начале 2000-х годов. И ничего не делалось. А сейчас восстанавливать эти здания очень сложно.

Причины такого бездействия понятны. Земельные участки, на которых расположены эти объекты, представляют серьезный инвестиционный пирог. Нет желания сохранять, так как это значительные затраты. Проще снести и попытаться построить объект большего размера.

Более того, в ряде случаев имеются крайне запутанные отношения собственности; часто приходится задействовать правоохранительные органы для выяснения реальных собственников и через суды требовать заключения охранных обязательств.

Содержание памятника — почет или обуза?

— Потаповский, 6, вы приняли решение спасать самостоятельно. Но на все памятники, требующие спасения, сотрудников Москомнаследия, очевидно, не хватит. Есть ли здесь какое-то системное решение?

— На городском уровне было принято решение о создании специальной структуры — ОАО “Мосстройвозрождение”. Мы предлагаем передать все объекты городской собственности, по которым не проводятся необходимые работы, в уставный капитал этой структуры с обязательством акционерного общества в кратчайшие сроки представить план-график проведения первоочередных и ремонтно-реставрационных работ. Создание специализированной организации должно стать перспективным механизмом частно-государственного партнерства, позволяющая привлекать необходимые внебюджетные средства.

Однако реализация этой идеи затягивается, структура так и не заработала. И понятно почему: единовременное пополнение бюджета за счет приватизации исторических зданий дает хороший эффект. Но этот эффект, повторяю, — единовременный. Мы лишаем себя возможности получения регулярного стабильного дохода в будущем. К счастью, мэр нас в этом вопросе полностью поддерживает и разделяет нашу позицию, которая заключается в том, что памятники, находящиеся в городской собственности, должны восстанавливаться и использоваться на благо города.

Специальная структура нужна для того, чтобы быстро развернуть фронт работ, без всяких проволочек. Создать один раз четкие правила и не тратить по каждому зданию время на дополнительные конкурсы и дорогостоящие экспертизы.

Подобная же структура создана и на федеральном уровне — Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры. Процесс также идет сложно. Из планировавшихся почти 2 тыс. объектов агентству передано всего около 10 процентов. Между тем создание специализированных структур могло бы стать решением проблемы памятников, которые находятся в государственной собственности и не получают должного ухода. Как по причине отсутствия средств, так и по причинам административного характера.

— Стремление получить единовременный доход от приватизации памятников используется сегодня как главный аргумент в процессе разграничения собственности на памятники между РФ и регионами. Есть тенденция закрепления максимального количества памятников в собственности Российской Федерации. И это при том, что даже президент неоднократно говорил: денег на содержание уже имеющегося огромного количества памятников в бюджете нет ...